Поколение дворников

Нас мотает по свету, как пыль цветочную,
Нас боятся, как демонов города восточные.
Мы идём в Катманду, мы не знаем времени,
Мы последние из цветочного племени.

Это запись из фотоальбома, который бережно хранит сорокатрёхлетний могилёвский художник В. Михайлов. В альбоме в основном фотографии ужасно длинноволосых, бородатых людей. Некоторые из них уже давно облысели, ведь снимки делались ещё где-то в 70-х годах. Другие избавились от излишней растительности в парикмахерской — в быту мешает, да и дети пугаются.

Слово «хиппи», родившееся на наших глазах, уже прочно вошло во все европейские языки. Тем не менее, осмыслить это явление в полном объёме непросто. Одни считают, что хиппи — это мироощущение, отрицательная реакция на все ценности. Третьи убеждены, что хиппи — прямые преемники христиан и, сами того не сознавая, совершают «пассивную революцию в морали и сознании молодёжи».

Эти слова из журнала «Ровесник» более чем пятнадцатилетней давности относятся к длинноволосым странникам Соединённых Штатов и Канады, Англии и Германии… Если вы помните, у нас в стране в те годы такого просто быть не могло. Но, оказывается, было!

Сектанта называют одним из первых могилёвских хиппи. Вспоминаю реакцию блюстителей порядка при виде бородатого блондина с метёлкой прямых, чуть ли не до пояса, волос — милиционеров трясло.

«Ну, а начиналось всё с музыки, барьера, который отделял тогда человека от окружающей системы абсурда. Рок-н-ролл будоражил, объединял. 1978 год — это точка наивысшего подъёма движения хиппи в Могилёве, — говорит мой бородатый (всё ещё не сбривает) собеседник, владелец вышеотмеченного фотоальбома, — Вначале мы собирались в моей студии на Кирова, писали картины, занимались деревянной скульптурой, снимали любительские кинофильмы.

«Много путешествовали автостопом, — продолжает В. Михайлов. — в Прибалтике часто собирались хиппи с разных концов Союза, так что мы там бывали часто, особенно Плейшнер, Кот, Пит, Минька, Серый, Сектант. Иногда нас вязали. Ну, сами понимаете, длинноволосые, в рваных джинсах, порою босиком.

Однажды поехали в Крым, а там в это время Брежнев отдыхал. Меня первого схватили в Симферополе, ведь я был с кинокамерой. Вероятно, думали, что я шпион, снимаю советскую действительность. Доллары в дырявых носках искали, но, конечно же, ничего не нашли. Вывезли на поезде из Крыма, но через двое суток я снова вернулся и… снова был повязан.

В 1979 году в Питере должны были состояться концерты «Сантаны» и «Би Джиз», но их в последний момент отменили. Вот тогда-то и произошла, видимо, первая крупная молодёжная манифестация протеста. По Невскому шло около 20 тысяч человек. Были там и наши. В прессе того времени ничего похожего вы не найдёте.

А вообще, жизнь была под постоянным идеологическим прессом. То и дело устраивались какие-нибудь абсурдные акции, обыски. У соседа кто-то украл звуковые колонки. Первым делом хватают меня: к тебе приходили бородатые-волосатые, они скорее всего и есть воры, — улыбается Михайлов. — Устраивают обыск. Или ещё. Я жил тогда на 4-м этаже, у меня была собака. И тут поступает жалоба от жильцов нижних этажей — якобы шерсть моей собаки забивает их балконы. Создается комиссия из солидных людей, начинается разборка.«

Я очень далёк от мысли, что герои этого материала заслуживают прижизненного памятника или всеобщего почитания. Нет, они на это не претендуют, да и я не ставил перед собой цели их как-то возвеличить — не за что. Просто очень хотелось рассказать о людях, которые в силу своей нестандартности, оригинальности оказались отмеченными только в протоколах и спецотчётах соответствующих органов.

Поколение дворников (Автор неизвестен, май 1992)


Войдите на сайт, чтобы оставить ваш комментарий:
Укажите ваше имя на сайте Центр Живого Рока.
Укажите пароль, соответствующий вашему имени пользователя.

Рассказать друзьям